РИА «Новости» в материале под заголовком «СМИ: вступление Украины в ЕС приведет к кардинальным изменениям в блоке» сообщает:
«Вступление Украины в состав ЕС повлечет за собой кардинальные изменения внутри блока ввиду политических и финансовых причин, пишет издание Euractiv.
„Вступление в ЕС одной лишь Украины… привело бы к кардинальным изменениям в распределении бюджетных средств ЕС, например, в сельскохозяйственной политике, и в степени сплоченности между членами”, — говорится в сообщении издания.
Euractiv также отмечает, что вступление Украины в ЕС также повлияло бы на голосование в Совете ЕС и состав Европарламента, где более крупные государства-члены, скорее всего, потеряют некоторые свои места. „Расширение ЕС изменит баланс сил внутри Евросоюза и его институтов”, — резюмирует издание».
Руководитель Европейского центра Немецкого общества внешней политики (German Council on Foreign Relations, DGAP) Линн Зелле, чье мнение приводит авторитетное брюссельское онлайн-издание Euractiv, действительно отмечает, что принятие Украины (или других стран-кандидатов) в состав ЕС изменит баланс сил внутри блока, но смысл ее рассуждений почти прямо противоположен тому, о чем пишет РИА.
Колонка политолога называется «Готовьтесь к страху перед украинским сантехником», а ее подзаголовок — «Крайне правые силы, выступающие за национальный суверенитет, разжигают опасения по поводу вступления новых стран в ЕС, однако расширение Союза на самом деле должно усилить его геополитическое влияние». В ней Зелле проводит параллель с началом 2000-х, — когда накануне «большого расширения» Евросоюза, к которому присоединились 10 стран, — в Германии начали опасаться «нашествия польских сантехников», а в Великобритании — массового «социального туризма» из новых стран-членов.
Политолог отмечает, что и сегодня дискуссия о вступлении Украины и других государств в Евросоюз сопровождается многочисленными опасениями, однако напоминает, что ЕС должен требовать подготовки не только от потенциальных членов (в частности, проведения внутренних реформ), но и сам быть готовым к расширению:
«<…> Однако при этом легко забыть о четвертом, неофициальном критерии расширения: сам Европейский союз и его государства-члены также должны быть готовы к расширению — они должны обладать способностью принять новых участников».
В абзаце, из которого РИА взяло цитату, говорится:
«Одно только вступление Украины — крупнейшей по площади страны Европы, но при этом имеющей валовой национальный доход на душу населения около $16 тысяч (менее половины среднего показателя по ЕС), — привело бы к серьезным изменениям в распределении бюджета Евросоюза, например в сфере сельскохозяйственной политики и в механизмах оценки уровня экономического сближения между государствами-членами. В институциональном плане это также повлияло бы на голосование в Совете ЕС, особенно по вопросам, требующим единогласия, а также на состав Европейского парламента, где крупные государства-члены, вероятно, потеряли бы часть своих мест».
Но уже следующий абзац объясняет, зачем Зелле вообще рассуждает о возможных изменениях:
«Расширение изменит баланс сил внутри ЕС и его институтов — независимо от того, станут ли новыми членами Украина, Молдова или страны Западных Балкан. Однако этому сопутствуют и значительные преимущества, которые может получить более крупный Союз: военный потенциал Украины, экономические возможности Западных Балкан, хорошо образованная и более молодая рабочая сила, а также более весомое геополитическое влияние на мировой арене».
Таким образом, изменения, о которых пишет Зелле, сами по себе не рассматриваются как негативные. Напротив, она подчеркивает, что расширение принесет ЕС много преимуществ и позволит укрепить его позиции.
Далее политолог прямо говорит, что не нужно выстраивать дискуссию вокруг страхов, которые транслируют, в основном, правые силы:
«Поэтому крайне важно не попасть в ловушку внутренних страхов, которые подпитываются крайне правыми силами, выступающими за национальный суверенитет. Вместо этого дискуссию о расширении необходимо дополнить двумя важными элементами: программой реформ самого ЕС, чтобы на практике снизить общественные опасения, и более убедительным общеевропейским разговором о преимуществах расширения».
При этом Зелле не отрицает, что расширение потребует адаптации европейских институтов и корректировки бюджетной политики. Более того, она призывает начать такую подготовку уже сейчас:
«Чтобы ЕС был готов к расширению, ему необходимо укрепить ключевые направления своей деятельности с точки зрения институционального устройства, активно решать вопрос влияния расширения на бюджет Союза и заранее учитывать последствия для отдельных сфер политики — например, для системы торговли квотами на выбросы».
Отдельно Зелле касается наиболее распространенных опасений — в основном, связанных с миграцией и конкуренцией на рынке труда:
«Необходимо заранее подготовить ответы на опасения, которые неизбежно возникнут: от давления импорта на сельскохозяйственный сектор и трудовой миграции (хотя украинцы уже сегодня вносят ценный вклад в европейский рынок труда) до вопросов о том, как изменится положение той или иной страны внутри самого ЕС».
При этом политолог рассматривает расширение не как проблему, а как возможность для переосмысления будущего самого Евросоюза:
«Расширенный Союз не может быть просто нынешним ЕС с большим количеством участников. Расширение открывает окно возможностей для переосмысления тех направлений политики, которые будут определять благосостояние и безопасность континента в будущем, включая фундаментальный пересмотр того, за что именно Европейский союз должен нести ответственность и какие результаты обеспечивать своим гражданам.
В конечном счете восточное расширение ЕС показало, что ни один из вышеупомянутых страхов не стал реальностью. Напротив, как в старых, так и в новых государствах-членах были достигнуты значительные успехи в повышении уровня благосостояния».
Эта логика «страха перед расширением», о которой пишет Зелле, уже проявлялась в европейской политике раньше. Один из самых известных примеров связан с Польшей и тем самым крупным расширением ЕС в 2004 году.
Заголовок колонки Зелле отсылает к известному мему тех времен о «польском водопроводчике Петре». Именно после расширения 2004 года в европейском публичном пространстве впервые появилась фраза про польского сантехника: в ходе многочисленных споров вокруг директивы «Об услугах на внутреннем рынке», а также дальнейших обсуждений французского референдума по Конституции ЕС, политик Филипп де Вилье из правой националистической партии «Движение за Францию» заявил:
«Эта ситуация крайне серьезна, потому что директива Болкештейна позволит польскому сантехнику или эстонскому архитектору предлагать свои услуги во Франции по ставкам своей страны. Из 11 млн человек, работающих в сфере услуг, миллион рабочих мест находится под угрозой из-за этой директивы. Это демонтаж нашей экономической и социальной модели».
И тут же образ «польского сантехника» как фигуры, символизировавшей страх перед массовым притоком дешевой рабочей силы из новых стран-членов ЕС, сразу стал активно использоваться в политических дебатах во Франции, став частью кампаний противников дальнейшей интеграции.
Но Польша перехватила этот образ и сделала из него один из туристических брендов страны. Польская туристическая организация запустила рекламную кампанию, лицом которой стал «польский сантехник» — модель Петр Адамский, появившийся на плакатах с лозунгом «Я остаюсь в Польше, приезжайте все [к нам]». Пиар-кампания получила широкий резонанс и фактически нейтрализовала негативный политический стереотип, превратив его в инструмент продвижения.
Эта история важна не как курьез или удачный пиар-ход, а как точная историческая параллель: тогда, как и сейчас, расширение ЕС сопровождалось прогнозами о системных потрясениях, которые в политической риторике часто упрощались до образов-страхов, но точно так же, как в случае с «польским сантехником», реальный опыт последующего расширения оказался положительным, а не драматичным. И колонка в Euractiv — вовсе не предупреждение о негативных последствиях вступления Украины и других восточноевропейских и балканских стран в ЕС, а критика страхов, сопровождающих процесс присоединения новых членов к блоку.