В Госдуму внесен законопроект, позволяющий региональным властям принимать собственные программы по сносу и реконструкции любого жилья — не только аварийного. В документе говорится о комплексном развитии территории при условии, что половину от нее составляют аварийное жилье, самовольные постройки или многоквартирные дома, вошедшие в адресную программу сноса и реконструкции. В разговоре с The Insider координатор Архнадзора и коалиции «В защиту Москвы» Андрей Новичков рассказал о московском опыте реновации и о том, то ждет регионы при введении программы.
В Москве программа реновации была представлена таким образом, что без разбора планировалось сносить все дома, которые правительство Москвы желало включить в эту программу. В первоначальный перечень «без разбора» вошли многие исторические сооружения и памятники архитектуры, которые имеют официальный статус и охраняются государством. Конечно, это вызвало протест, не говоря о том, что многие люди не понимали, по какой системе они будут бросать свои дома в центре города и куда-то переезжать. Параллельно правительство Москвы говорило, что в центре жилья нет и «мы вас переселим куда-то временно, а потом, через несколько лет, когда выстроим жилье в центре города, мы вас назад переселим». Люди не понимали, как так можно — временно куда-то переселить, а потом вернуть назад. Очевидно, что они не вернутся через несколько лет на свое место. Это больше напоминало принудительное переселение.
Плюс ко всему речь шла уже с нашей стороны о том, на каком основании в этот перечень вошли памятники архитектуры, которые в принципе сносу не подлежат согласно российскому законодательству. И почему в списки вошли здания, которые формируют исторический облик улиц? Это вызвало с нашей стороны волну протеста.
И третий момент — это, например, включенный в первоначальный перечень реновации Тверской район, где у нас возникал вопрос: «А каким образом вы собираетесь возводить жилье в историческом центре города, где каждый фрагмент земли имеет охранную зону, где у каждого фрагмента земли есть своя норма и высотность для застройки, где нельзя возвести «коробку» типичного вида?» У нас во многих местах возможна только регенерация, то есть восстановление ранее утраченной историческо-культурной среды. Например, снесли в 90-ые годы историческое здание, где сейчас пустырь. Если следовать букве закона, то на этом пустыре нельзя возвести ничего, а только восстановить по историческим чертежам снесенное в 90-ые годы историческое здание. На это все с нашей стороны был грандиозный протест, и у людей возникли вопросы, в связи с чем они и выходили на митинги.
Впоследствии нам удалось добиться полного исключения из этого перечня памятников архитектуры. Но некоторые здания все же вошли в этот перечень, но это мизер по сравнению с тем, что там изначально было. Представьте себе — 200 исторических зданий в центре города планировалось снести.
В Басманном районе здание вошло в реновационный список. Это достаточно ценное здание, и мы за него еще поборемся. Хотя Москомархитектуры официально заявляет, что это будет реконструкция без сноса. Реконструкции у нас, сами знаете, как проходят, — сносят до фасадных стен, а затем создают «коробку», которую никак невозможно назвать реконструкцией исторического здания. Скорее всего там будет то же самое. Но все же основной пласт удалось оттуда вывести.
Я думаю, что мы в регионах столкнемся с тем же самым. И это не потому, что правительство Российской Федерации не учло московский опыт, а потому, что здесь помогло общественное давление. Если это будут делать поэтапно в каждом регионе, то во многих регионах этого общественного давления может и не быть. Не во всех городах есть градозащитные сообщества, которые будут как-то определять, ценным ли является то или иное здание. И органы по охране памятников со своей стороны, если здание не имеет статус, тоже ни на что повлиять не смогут, даже если захотят. Поэтому мы можем в дальнейшем наблюдать масштабные ошибки, когда будут сносить исторически ценные здания, имеющие грандиозную историю.
Мы стараемся иметь какое-то влияние и на регионы, например, комментировать какие-то действия и помогать коллегам, которые только образуют совместные движения. В принципе, в крупных городах есть градозащитные сообщества. Если говорить про маленькие населенные пункты, то там с этим проблемы. Я думаю, что с каждым годом этих сообществ будет организовываться все больше. Если там начнется реновация, то они могут появиться.