Утром 15 июня министр обороны Израиля Исраэль Кац выпустил заявление, в котором говорилось, что ЦАХАЛ не покинет юг Ливана, несмотря на соглашение о прекращении огня между США и Ираном. О том, что соглашение достигнуто и оно включает прекращение военных действий в Ливане, накануне объявил Шахбаз Шариф, премьер-министр Пакистана, выступавшего одним из посредников при переговорах между Вашингтоном и Тегераном.
В свою очередь, «Хезболла» заявила, что приветствует соглашение и поблагодарила Иран за то, что в него включили Ливан.
Вице-президент США Джей Ди Вэнс в интервью CNBC заявил, что «в Израиле есть элементы, которым нравится эта сделка, ей наверняка найдется место за столом переговоров нового Ближнего Востока» (цитата по Ynet news). Вэнс добавил, что подписание соглашения пройдет в два этапа и «еще есть детали, которые необходимо согласовать». Проект документа пока не опубликован.
Израильский политолог Михаил Пелливерт заявил в беседе с The Insider, что ни одна политическая сила в Израиле не поддержит вывод войск из Ливана.
«В Израиле полагают, что высоки шансы того, что это соглашение вообще не будет подписано, что его снова и снова будут откладывать. Якобы это попытка Трампа потянуть время. В любом случае, соглашение вызвало редкое единодушие в рядах как оппозиции, так и правящей коалиции, потому что оно не отвечает израильским интересам и потому что свобода действий Израиля в Ливане является принципиальным вопросом, отказаться от которого невозможно.
Это не просто вопрос того, что Израиль имеет право ответить на обстрелы „Хезболлы“, но и вопрос предупредительных действий на случай, если „Хезболла“ продолжит вооружаться. К сожалению, у Израиля на северной границе нет государства, обладающего монополией на использование силы. Ливан — это failed state, а „Хезболла“ — это государство внутри государства. Тут принципиальный интерес Израиля — предотвратить усиление „Хезболлы“ и добиться разоружения этой организации, хотя сейчас эта цель и кажется далекой.
Я думаю, что ни один израильский политик не пойдет на отказ от свободы действий в Ливане, потому что это будет означать потерю суверенитета. И даже в случае, когда инициатива исходит от Трампа, очень любимого в Израиле, она не будет воспринята благосклонно ни гражданами, ни политиками.
Израиль не может полностью проигнорировать соглашение между Ираном и США. Нетаньяху в свое время сказал, что если он посчитает действия США не отвечающими интересам Израиля, то Израиль будет сражаться в одиночку. Сейчас мне очень сложно поверить в такой сценарий, особенно учитывая, что выборы на носу и правому правительству и коалиции надо будет максимально продемонстрировать независимость, силу и не потерять все те военные достижения, которые, несомненно, были достигнуты за последние полтора года».
Востоковед Марианна Беленькая полагает, что Израилю придется воздержаться от атак на Бейрут, но на присутствие израильских войск в приграничных районах Ливана США закроют глаза.
«Согласно договоренности между Вашингтоном и Тегераном, будущее соглашение должны выполнять как „Хезболла“, которая подчиняется Ирану, так и Израиль, который оказался в ситуации „без меня меня женили“. Израиль, однако, не считает себя обязанным соблюдать соглашение в Ливане, потому что ему нужны гарантии безопасности своих населенных пунктов.
Не то, чтобы Израиль хотел навечно остаться в Ливане, но им нужно убедиться, что в приграничье не будет больше укрепрайонов „Хезболлы“, чтоб она не могла там создавать террористическую инфраструктуру. То же касается и сирийско-израильской границы. Да, ЦАХАЛ не сможет атаковать Бейрут, потому что это вызовет очевидную реакцию Ирана, но он сможет остаться на юге. Израиль попробует побороться за это, и Вашингтон может давить, но, как показывает практика, если это делается тихо, то все закрывают глаза. Так было в 2024 году, когда после официального прекращения огня между Израилем и „Хезболлой“ Израиль продолжил точечные операции в Ливане».
Американист Ян Веселов в беседе с The Insider отметил, что единственный рычаг давления на Израиль, который есть у США, — военная помощь.
«Вашингтон оказался в некомфортной ситуации, потому что Иран требует не только перемирия с США, но и чтобы Израиль прекратил боевые действия в Ливане. Для США это очень неудобно, потому что они не контролируют ситуацию в Ливане. Ирану это, напротив, удобно, потому что он может влиять на переговорный процесс. Не секрет, что израильскому руководству нынешний формат сделки между США и Ираном не подходит. Их долговременная цель — свержение режима в Иране. Нынешний формат урегулирования, который продвигает Дональд Трамп, их совсем не устраивает. Иран требует перемирия и в Ливане, и для Израиля это удобный рычаг давления на весь этот переговорный процесс. За последние месяцы мы это наблюдали неоднократно — когда стороны приближались к какому-то урегулированию, Израиль срывал процесс, активизируя атаки в Ливане, что вызывало недовольство иранской стороны, — и это срывало переговоры.
Что могут сделать США? Дональд Трамп может звонить Нетаньяху и требовать воздержаться от ударов. Иногда это работает, хотя по большей части — не очень. Если говорить о реальных рычагах давления на Израиль со стороны США, то это военный рычаг, потому что Израиль — один из крупнейших получателей военной помощи США. Администрация могла бы здесь что-то сделать. Правда, до сих пор она не пыталась никак применять этот рычаг. Прошлая администрация немного прибегала к этому, когда задерживала поставки боеприпасов на фоне войны Израиля в Газе, но тогда это было незначительное давление. Израиль это понимает и ставит цель — в ближайшие годы отказаться от американской военной помощи и полагаться на свои силы, но пока они всё еще зависят от США. Когда Иран наносил удары по Израилю, то включались коллективные системы обороны, в которой принимали участие и американцы, и британцы, и иорданцы, и некоторые другие страны. Для Израиля всё это достаточно важно. С другой стороны, мы видим, что в Белом доме никто не готов к такому рычагу давления прибегать.
Не исключено, что это изменится со следующей администрацией, потому что в США растут антиизраильские настроения, особенно среди молодежи. Думаю, следующая администрация будет занимать более сдержанную позицию по отношению к Израилю».
