Первые люди, заселившие Америку около 14 тысяч лет назад, были не всеядными собирателями, а узкими специалистами по охоте на самых крупных животных планеты — мамонтов, гигантских ленивцев и других мегатравоядных весом больше тонны. К такому выводу пришла международная группа археологов, проанализировавшая данные полусотни стоянок в Берингии (область на стыке Чукотки и Аляски, где сейчас находится Берингов пролив), Северной и Южной Америке за период примерно с 14 тысяч до 11,6 тысячи лет назад.
Ученые сравнили две конкурирующие гипотезы о том, чем питались древнейшие американцы. Одна версия предполагала, что люди были универсалами и ели все подряд — от мелких грызунов до рыбы и растений, в зависимости от того, что давала конкретная экосистема. Другая настаивала, что они целенаправленно охотились на самых крупных зверей ради максимальной калорийности добычи. Авторы работы показали, что по всем трем регионам крупнейшие травоядные весом больше тонны — мамонты в Берингии и Северной Америке, гигантские ленивцы и гомфотерии в Южной Америке — обеспечивали более 99% съедобной биомассы в рационе древних охотников, притом что здесь эти животные были далеко не самыми многочисленными.
Прямое подтверждение этому дал редкий источник — останки мальчика культуры Кловис, известного как Анзик-1, единственного человека этой эпохи, чей рацион удалось восстановить напрямую по стабильным изотопам. Почти 96% белка в его диете приходилось на мегафауну, около 40% — конкретно на хоботных. Исследователи также опровергли популярное возражение, что высокобелковая диета на мясе мамонтов была бы опасна для здоровья. Отмечается, что, по данным современной медицинской литературы, взрослый человек способен без вреда для печени и почек потреблять гораздо больше белка, чем считалось раньше.
Авторы отмечают, что такая охотничья стратегия объясняет поразительно быстрое расселение первых американцев по обоим континентам — на дистанцию в тысячи километров всего за несколько сотен лет. Охотники не привязывались к конкретной экосистеме, а следовали за привычной добычей: сначала за мамонтами через ледовый коридор из Берингии в центр Северной Америки, затем, по мере продвижения на юг, переключались на гигантских ленивцев и гомфотериев в Южной Америке. Таким образом при узкой пищевой специализации люди были предельно гибкими в выборе мест обитания.
Исследователи также ответили на семь основных возражений скептиков — от аргумента, что крупные кости просто лучше сохраняются в земле, чем мелкие, до идеи, что охота на мамонтов была скорее демонстрацией мужества, чем способом прокормиться. По каждому пункту авторы привели данные, которые, по их мнению, эти возражения снимают: например, даже стоянки с богатым набором мелкой фауны показывают тот же перекос в сторону мегафауны, а орудия Кловис были действительно способны смертельно поражать хоботных.
По мнению авторов исследования, именно ставка на крупную дичь — при почти полном отсутствии интереса к растительной пище или рыболовству — сделала первых американцев одновременно узкими пищевыми специалистами и предельными «генералистами» по средам обитания, что и позволило им освоить два континента с разным климатом и ландшафтом за исторически ничтожный срок.
