Дело лести. Как Трамп избавляется от нелояльных республиканцев, играя на руку демократам

За последние десять лет Дональду Трампу удалось добиться того, чего до него не смог ни один политик-республиканец: он не только стал президентом, но и вернулся в Белый дом после неудачной попытки переизбраться. В процессе Трамп установил практически полный контроль над Республиканской партией и стал ее безусловным лидером.

Когда в 2015 году бывший демократ Дональд Трамп объявил о своем намерении баллотироваться в президенты от Республиканской партии, многие политики восприняли это как шутку или пиар-акцию. По мере того как он теснил фаворитов гонки, одерживая победу на праймериз в одном штате за другим, шутки сменились тревогой, паникой и попыткой устроить мятеж на съезде Республиканской партии. 

Даже когда партия официально выдвинула Трампа своим кандидатом в президенты, некоторые из республиканцев прямо заявили, что не могут его поддержать и лучше пропустят президентские выборы или проголосуют за кандидата от Демократической партии Хиллари Клинтон.

После победы Трампа его оппоненты и критики оказались перед тяжелым выбором. Некоторые из них, вроде губернатора Флориды Джеба Буша и сенатора Митта Ромни, решили закончить свою политическую карьеру, не найдя себе места в партии. Лишь немногие пытались открыто оппонировать новому президенту, как это сделала влиятельная конгрессвумен Элизабет Чейни, дочь бывшего вице-президента Дика Чейни. В 2022 году она проиграла праймериз Харриет Хейгман, поддержанной Трампом.

Изгоем в партии стал и Майк Пенс, который был вице-президентом на первом сроке Трампе, но впал в немилость после отказа помешать утверждению результатов президентских выборов в январе 2021 года. Провалилась и его попытка бросить Трампу вызов на праймериз в 2024 году.

Большинство же республиканцев решили примириться с Трампом и приняли его в качестве лидера партии. Не помешали этому ни две попытки импичмента, ни целая серия уголовных дел, которые, напротив, вынудили однопартийцев сплотиться вокруг него. Среди них был и нынешний госсекретарь Марко Рубио, и вице-президент Джей Ди Вэнс, и сенатор от Южной Каролины Линдси Грэм, ранее не стеснявшийся в выражениях в адрес Трампа.

Подчинив себе Республиканскую партию, Трамп трансформировал ее из идеологического проекта рейгановского консерватизма в правопопулистскую силу. В ней ключевую роль теперь играет не идеология, а личная лояльность лидеру и способность быстро приспосабливаться к позиции президента, которая по ключевым политическим вопросам порой меняется с невероятной скоростью. Но даже внутри движения Make America Great Again (MAGA), взрощенного Трампом в противовес традиционному республиканскому истеблишменту, далеко не все поняли и приняли новые правила игры.

Поверив предвыборным обещаниям Трампа, некоторые MAGA-республиканцы быстро разочаровались. Они посчитали, что сам президент отходит от заветов трампизма. После рекордной за последние полвека инфляции при президентстве Джо Байдена масштабные торговые пошлины, введенные Трампом, и последствия его внешней политики лишь ускорили рост цен вместо того, чтобы их снизить. А обещания сфокусироваться на решении внутренних проблем страны и отказаться от практики «смены режимов» в других странах закончились операцией по похищению президента Венесуэлы Николаса Мадуро и ударами по Ирану. Последние к тому же привели к перекрытию Ормузского пролива и скачку цен на топливо в США.

Даже файлы уголовного дела покойного финансиста-педофила Джеффри Эпштейна, публикация которых стала для консерваторов идеей фикс, были сперва заблокированы администрацией Трампа. Добиться их обнародования удалось только после совместных усилий демократов и MAGA-республиканцев, которым уже не смог помешать спикер Палаты представителей Майк Джонсон.

Одной из первых среди республиканцев на это обратила внимание конгрессвумен от Джорджии Мэрджори Тэйлор Грин, известная своими конспирологическими теориями. Ранее она была одной из самых преданных сторонниц Трампа. Грин поддержала публикацию файлов Эпштейна, упрекнув Трампа в нарушении обещаний, и раскритиковала администрацию за бездействие в ответ на рост цен на здравоохранение. В ответ Трамп объявил ее предательницей и пообещал поддержать ее конкурента на предстоящих праймериз. Конгрессвумен не стала ждать выборов и ушла из Палаты представителей в январе 2026 года. Из-за конфликта с президентом она стала получать многочисленные угрозы, и, по ее словам, в переписке с ней Трамп заявил, что она их заслужила.

Помимо Грин, главным критиком политики Трампа среди республиканцев в Конгрессе можно назвать консерватора Томаса Мэсси из Индианы, также любителя теорий заговора, комплиментарно отзывавшегося о Путине. Именно он стал соавтором законопроекта о публикации файлов Эпштейна. Президент сначала выступил против этого документа, а потом поддержал, осознав неизбежность его принятия. Мэсси был одним из двух республиканцев, голосовавших против трамповского законопроекта One Big Beautiful Bill, поскольку не был готов поддержать увеличение госдолга в результате снижения налогов. Конгрессмен критиковал и внешнюю политику Белого дома, от смена режима в Венесуэле до войны с Ираном, упрекая Трампа в потакании премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху.

Сам президент не скрывал своего раздражения по поводу нелояльности Мэсси, называл его «самым худшим конгрессменом в истории», «идиотом», «мерзавцем» и призывал вышвырнуть его из Республиканской партии. Чтобы покончить с политической карьерой Мэсси, Трамп поддержал на партийных праймериз его конкурента — отставного капитана элитных американских морских спецподразделений Эда Галлрейна. 

Морпех толком не вел избирательную кампанию, пропустил все дебаты и лишь изредка общался с прессой. И всё же он смог победить, обойдя Мэсси почти на 10%. Схема была простая: сторонники Трампа вместе с произраильскими группами обеспечили Галлрейну беспрецедентную финансовую поддержку. Эти праймериз стали самыми дорогими в истории: из $34 млн, потраченных на агитацию, почти $20 млн пришлись на рекламу с критикой Мэсси.

Пример конгрессменов Грин и Мэсси показал, что у политиков-республиканцев, недовольных политикой Трампа и готовых его публично за это критиковать, есть только два пути: покинуть ряды Республиканской партии или готовиться к тяжелым праймериз против кандидата «от Трампа». Но без мощных спонсоров на победу над трампистом у них практически нет шансов.

Похожая история произошла и в Сенате. Республиканец Том Тиллис, представляющий Северную Каролину в верхней палате Конгресса, отказался поддержать законопроект One Big Beautiful Bill. Предусмотренное в нем сокращение финансирования программы Medicaid приведет к тому, что медстраховки могут лишиться более 600 тысяч жителей его штата. Трамп в ответ назвал Тиллиса «болтуном и жалобщиком» и пригрозил ему конкуренцией на праймериз. Трезво оценив свои шансы, Тиллис решил на перевыборы не идти.

Теперь, однако, демократы рассчитывают отбить у республиканцев это место на ноябрьских выборах, выдвинув своим кандидатом бывшего губернатора штата Роя Купера. От республиканцев на выборы пойдет бывший глава Республиканского национального комитета Майкл Уотли, который был назначен на этот пост с подачи Трампа. Однако, согласно опросам, Купер уверенно опережает Уотли, так что в результате трампистских махинаций республиканцы вполне могут потерять это место.

Трамп также решил свести счеты с сенатором от Луизианы Биллом Кессиди. За последние годы он показал себя довольно лояльным республиканцам и Трампу политиком, полностью поддерживая позиции президента на голосованиях. Его голос был решающим для назначения Роберта Кеннеди-младшего на пост министра здравоохранения, хотя сам Кессиди, который ранее работал врачом, критиковал его за антиваксерские взгляды. Несмотря на это, Трамп обвинил сенатора в нелояльности и припомнил поддержку его импичмента в 2020 году. Тогда за это проголосовали семеро республиканцев. Сейчас из них в Сенате «выжило» только трое.

В итоге на праймериз Трамп поддержал конгрессвумен Джулию Летлоу. Она и вышла во второй тур голосования (вместе с казначеем штата Джоном Флеммингом). Кесседи же разгромно проиграл, став третьим с 25% голосов. В своей речи по итогам выборов он не рискнул прямо упоминать Трампа, хотя не удержался от того, чтобы не намекнуть на выборы в 2020 году. И добавил: нужно уметь проигрывать, а не жаловаться на несуществующие фальсификации.

Еще один удар Трамп нанес по карьере республиканца Джона Корнина, который с 2002 года представляет в Сенате Техас. Корнин баллотировался уже на шестой срок и вышел во второй тур праймериз вместе с генпрокурором штата Кеном Пакстоном. За несколько дней до голосования Трамп решил публично поддержать Пакстона. По словам президента, Корнин был недостаточно ему лоялен, хотя сенатор голосовал за все законопроекты, продвигаемые Трампом.

Корнин проиграл Пакстону, отстав более чем на 25%. Победе Пакстона оказался рад не только Трамп, но и демократы, которые надеются, что теперь Техас впервые с 1988 года изберет в Сенат представителя их партии, местного депутата и выпускника семинарии Джеймса Таларико. Он охотно ведет избирательную кампанию в республиканских округах и противопоставляет как традиционному консервативному евангелизму, так и новому христианскому национализму левую версию христианства с акцентом не на абортах и однополых браках, а на помощи ближнему, здравоохранении и критике имущественного неравенства и крупных корпораций.

Демократы также считают, что у Таларико есть шансы на победу из-за скандальной репутации его оппонента Пакстона, жена которого недавно подала на развод из-за супружеских измен. Пакстон также был фигурантом целой серии расследований о мошенничестве и злоупотреблении служебными полномочиями, которые в прошлом привели к неудачной попытке импичмента со стороны техасских республиканцев. При таком раскладе, если республиканцы и смогут удержать за собой место в Сенате, гонка потребует колоссальных средств, которые партия могла бы использовать в других штатах.

Отталкивая от себя сенаторов-республиканцев и называя их «носорогами», Трамп рискует потерять их поддержку, которая необходима для продвижения его законодательной повестки. Проигравшие праймериз политики останутся в Сенате до начала работы нового созыва в январе 2027 года и могут вести себя куда более самостоятельно, уже не будучи связанными лояльностью Трампу. Сейчас у республиканцев 53 из 100 мест в Сенате. Потеря даже четырех голосов может помешать принятию законопроектов или утверждению президентских кандидатов на должности в органах исполнительной власти и федеральных судах.

Первые признаки этого заметны уже сейчас. Сенатор Тиллис публично критиковал на слушаниях министра внутренней безопасности Кристи Ноэм, которая через несколько дней после этого была уволена Трампом. Он также блокировал утверждение Кевина Уорша, выдвинутого Трампом на пост председателя ФРС из-за инициированного министерством юстиции расследования в отношении его предшественника Джерома Пауэлла. Последнего Трамп обвинял в нежелании снизить ключевую ставку и растратах. В результате Минюст был вынужден уступить и закрыл расследование.

В свою очередь сенатор Кессиди поддержал резолюции о запрете использовать вооруженные силы против Ирана, хотя до поражения на праймериз всегда голосовал против. А ведь в ближайшие месяцы от него будет зависеть утверждение кандидатов на посты министра труда, руководителей Центра по контролю и профилактике заболеваний США и Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, которые освободились из-за отставок.

За последние недели Тиллис, Кессиди и ряд других сенаторов также заблокировали голосование по утверждению бюджета миграционных органов. Они отказались включать в законопроект выделение миллиарда долларов на строительство бального зала на территории снесенного восточного крыла Белого дома.

Наконец, сенаторы раскритиковали решение Минюста создать фонд на сумму $1,776 млрд для выплат компенсаций тем, кто пострадал от политического преследования во время президентства Байдена, — например, помилованным Трампом участникам штурма Капитолия.

Борьба Трампа с внутрипартийной оппозицией не ограничивается Конгрессом. Президент активно давит на власти штатов, требуя от них изменить границы избирательных округов, в которых избирают конгрессменов. Обычно перенарезка округов проходит в начале каждого десятилетия по результатам переписи населения. Однако Белый дом добивается от местных республиканцев проведения джерримендеринга, то есть смены границы округов так, чтобы они стали более выгодными для одной из партий (в данном случае Республиканской) в преддверии выборов 2026 года в Палату представителей.

Многие из республиканских штатов пошли на поводу и провели внеочередную перенарезку округов, застигнув врасплох демократов, которые не смогли ответить аналогичными мерами. Помог им и Верховный суд, разрешив отменить округа для расовых меньшинств, которые существовали после принятия Закона об избирательных правах 1965 года и были, естественно, заняты конгрессменами-демократами. В результате республиканцы могут рассчитывать на дополнительные 9–10 мест по сравнению с выборами 2024 года.

Однако далеко не все штаты поддались давлению Белого дома. В Индиане перенарезка избирательных округов не прошла из-за сопротивления сенаторов-республиканцев. 21 из них (всего во фракции было 40 человек) присоединились к демократам и проголосовали против — притом что Трамп еще до голосования грозил нелояльным политикам поддержать во время праймериз их конкурентов. Он также опубликовал список из девяти сенаторов-республиканцев, которым «нужно помочь принять правильное решение». В итоге трое из них заявили, что стали получать угрозы и сообщения о закладке бомб в домах. К ним также по ложным поводам вызывали полицейский спецназ.

Таким образом, Трамп свое обещание сдержал и поддержал их конкурентов. Так что на праймериз в мае победить смогли только два «диссидента», остальные шесть уступили трампистским кандидатам. При этом организации, связанные с президентом, потратили на агитацию около $13,5 млн, что в десятки раз больше, чем типичные расходы на выборах такого уровня.

Воспротивились воле президента и республиканцы в Южной Каролине. Губернатор штата Генри Макмастер сперва заявил, что не будет даже созывать депутатов на новую сессию для изменения границ округов. Вскоре, явно не без давления из Вашингтона, он изменил свое решение, но провести требуемые изменения не смог. Джерримендеринг в Южной Каролине был заблокирован на уровне Сената штата, где 12 республиканцев во главе с лидером фракции присоединились во время голосования к демократам. Теперь, весьма вероятно, их тоже будут ждать весьма конкурентные праймериз в 2028 году.

Президент уже сейчас не скрывает, что готовит список потенциальных целей на 2028 год среди политиков-республиканцев, которые проявляют к нему недостаточную лояльность. Среди них как члены Палаты представителей, так и сенаторы.

Одной из них может стать конгрессвумен от Колорадо Лорен Боберт. Как и Мэрджори Тэйлор Грин, она была горячей сторонницей Трампа, но разошлась с ним в вопросе публикации файлов Эпштейна. Она также публично поддержала кандидатуру Томаса Мэсси, после чего президент призвал однопартийцев выдвигаться против нее.

Другой конгрессмен, Брайан Фицпатрик, напротив, представляет умеренное крыло партии. Он был избран по «колеблющемуся округу», который иногда голосует вместе с демократами. Вместе с Мэсси он голосовал против One Big Beautiful Bill и выступил против выделения бюджетных средств на строительство бального зала возле Белого дома. Ему Трамп также уже начал угрожать: «Ему нравится голосовать против Трампа? Вы знаете, что происходит в таких случаях? Хорошо это не заканчивается».

Сгущаются тучи и над двумя сенаторами. Республиканец от Кентукки Рэнд Пол также голосовал против One Big Beautiful Bill из-за роста госдолга, за что Трамп назвал его «больным психом». Пол был соавтором многочисленных резолюций с требованием запретить Трампу использовать вооруженные силы против Венесуэлы и Ирана, требуя от президента заручиться поддержкой Конгресса.

За эти резолюции голосовала и умеренный сенатор от Аляски Лиза Мурковски, чем тоже навлекла на себя гнев президента. Трамп уже пытался избавиться от нее в 2022 году, поддержав более консервативную конкурентку и потребовав от местного отделения Республиканской партии осудить ее. Но тогда Мурковски все же смогла переизбраться.

В 2028 году также предстоят перевыборы у целого ряда республиканцев, представляющих партийный истеблишмент: Тодда Янга от Индианы, Джона Кеннеди от Луизиана, Джона Хувен от Северной Дакоты и лидера республиканской фракции Джона Тьюна от Южной Дакоты. Не исключено, что Трамп попробует избавиться от кого-то из них, обвинив в недостаточно яром продвижении президентской повестки.

Подобные кампании Трампа по борьбе с однопартийцами рискуют еще больше навредить Республиканской партии и в следующем электоральном цикле. Но кажется, что для президента гораздо важнее сохранить личный контроль над партией, чем добиться большинства в Конгрессе. Законодательная власть ему видится слишком медленной и неповоротливой, поэтому все свои ключевые инициативы он старается реализовывать через органы исполнительной власти, где он уже провел массовые чистки и добился контроля.