Генералы против Нетаньяху. Выборы в Израиле превращаются в войну всех против всех

Предстоящие выборы станут первыми после череды войн, последовавших за резней, которую террористическая группировка ХАМАС устроила 7 октября 2023 года в приграничных с сектором Газа районах Израиля. Несмотря на прекращение огня в Газе и Ливане и завершение активных боевых действий против Ирана, война для Израиля не закончилась. Израильские войска остаются на территории сектора Газа и Ливана, армия поддерживает повышенную боеготовность из-за Ирана, напряженной остается обстановка в Иудее и Самарии (Западный берег реки Иордан). Обещанной Нетаньяху полной победы по меньшей мере над ХАМАС и ливанской «Хезболлой» достичь не удалось, хотя обе группировки понесли тяжелые потери.

На этом фоне один из главных вопросов выборов — сможет ли Биньямин Нетаньяху сохранить власть после провала в сфере безопасности, который привел к трагедии 7 октября. В центре кампании — ответственность политического руководства и силовых ведомств за нападение ХАМАС, состояние и боеготовность армии, цели и результаты последующих войн, а также распространение воинской обязанности на учащихся ультраортодоксальных иешив, которые десятилетиями получали отсрочку или освобождение от службы.

Нетаньяху утверждает, что руководители армии и спецслужб не предупредили его о готовящемся нападении и представляли ХАМАС как сдерживаемую силу. Одновременно премьер предлагает оценивать его по результатам последующих войн: уничтожению большей части руководства ХАМАС и «Хезболлы», ликвидации высшего военного руководства Ирана и ударам по иранской ядерной программе. 

Его основные соперники — Гади Айзенкот, Нафтали Беннет, Авигдор Либерман и Яир Голан — возлагают политическую ответственность за катастрофу на правительство и требуют государственной комиссии, которая расследует события до, во время и после 7 октября. Они также обвиняют правительство Нетаньяху в ухудшении международного положения Израиля и ослаблении его поддержки на Западе, включая Соединенные Штаты.

Одной из иллюстраций этого стал скандал, разгоревшийся в день закрытия избирательных списков. Газета «Гаарец» сообщила, что примерно за десять дней до 7 октября президент ОАЭ Мухаммед бен Зайид якобы предупредил Нетаньяху о крупном нападении, которое готовил Яхья Синвар, возглавлявший тогда ХАМАС в Газе. Однако премьер, по данным издания, не передал эту информацию руководителям силовых ведомств.

Канцелярия Нетаньяху назвала публикацию «абсолютной ложью», заявив, что такой беседы не было. Айзенкот, Беннет, Либерман и Голан выступили с совместным заявлением, потребовали немедленного и всестороннего расследования и пообещали создать государственную комиссию при следующем правительстве. Сам Беннет заявил, что знает о полученном Нетаньяху предупреждении. На следующий день премьер поручил адвокатам готовить иск против газеты и авторов публикации.

Тема 7 октября не только присутствует в заявлениях политиков, но и отразилась на партийных списках. Практически все ключевые партии включили в них участников последних войн, родственников погибших и заложников, а также активистов организаций, возникших после нападения ХАМАС.

В частности, за несколько часов до окончания регистрации Нетаньяху объявил о включении в список «Ликуда» Талик Гвили, матери полицейского Рана Гвили. Он погиб утром 7 октября в бою с террористами, его тело вывезли в Газу. Талик Гвили получила 9-е место. На 15-м месте оказался резервист Элиша Медан, потерявший обе ноги во время боев в секторе Газа, на 29-м — адвокат Ицик Бунцель, отец военнослужащего Амита Бунцеля, погибшего в Газе в декабре 2023 года.

Лидер партии «Наш дом Израиль» (НДИ) Авигдор Либерман отдал второе место бывшему мэру Бейт-Шеана Рафи Бен-Шитриту. Его сын Эльрой тоже погиб 7 октября. 

Бен-Шитрит — один из основателей «Совета октября», который объединяет семьи погибших и заложников, переживших нападение жителей приграничных районов и резервистов. Организация добивается создания государственной комиссии по расследованию событий 7 октября. В августе 2026 года она опубликовала доклад о сохранении в политическом руководстве и системе безопасности прежних представлений о возможности сдерживать ХАМАС. 

6-е место в списке НДИ получил Шарон Шараби. Его брат Йоси был захвачен 7 октября в кибуце Беэри и погиб в плену, а другой брат, Эли, был освобожден после 491 дня в Газе. Шарон Шараби стал одним из наиболее заметных участников кампании за освобождение заложников.

События 7 октября стали также частью политической биографии лидеров нескольких партий. Председатель левой партии «Демократы» генерал-майор запаса Яир Голан утром 7 октября самостоятельно отправился на юг. Он вывозил людей из района боев. Лидер правой партии «Амха Исраэль» бригадный генерал запаса Офер Винтер также по собственной инициативе прибыл к границе с Газой, присоединился к военнослужащим около кибуца Беэри и участвовал в бою.

Партию «Резервисты», подавшую совместный список с «Экономической партией» Ярона Зелихи, возглавляет подполковник запаса Йоаз Хендель. После начала войны он вернулся на службу, воевал в секторе Газа, а позднее сформировал и возглавил резервный батальон «Беэри». «Резервисты» заявляют, что представляют военнослужащих запаса, членов их семей, раненых, родственников погибших и гражданских добровольцев. 7-е место в совместном списке получил резервист Шломи Демари, потерявший брата 7 октября.

В объединенном списке Беннета и Лапида «Беяхад» 6-е место занимает генерал-майор запаса Ноам Тивон. Утром 7 октября он отправился из Тель-Авива на юг, по дороге помогал спасшимся с фестиваля Nova и раненым военнослужащим, участвовал в боях, а затем добрался до Нахаль-Оза и вывел из осажденного дома сына, невестку и двух внучек.

Главный конкурент Нетаньяху в борьбе за премьерский пост — лидер партии «Яшар» Гади Айзенкот, генерал-лейтенант запаса и бывший начальник Генштаба. Во время войны он потерял сына Галя и племянника Маора Коэна Айзенкота, погибших в секторе Газа.

И даже ультраортодоксальная партия ШАС, последовательно выступавшая против обязательного призыва учащихся иешив, поставила на 6-е место офицера запаса Дрора Амоса.

Среди других острых тем избирательной кампании — судебная реформа, будущее сектора Газа, Иудеи и Самарии и связанный с ними вопрос о создании палестинского государства. Не менее важен спор о характере самого Израиля: каким должно быть соотношение его еврейской и демократической составляющих, религии и государства и нужна ли стране конституция. Эти вопросы разделяют не только сторонников и противников Нетаньяху, но и партии внутри каждого из двух лагерей. Прийти к компромиссам будет сложно. Но в начале свое слово должен сказать народ.

Первый опрос, проведенный после закрытия списков и опубликованный порталом Walla 9 сентября, показывает, насколько сильно итог зависит от партий, балансирующих около электорального барьера. По данным опроса, «Яшар» Айзенкота получает 25 мандатов, «Ликуд» — 21, объединенный список Беннета и Лапида — 14, НДИ Либермана и «Демократы» Голана — по 9. Партия Винтера «Амха Исраэль» с 3,5% голосов преодолевает барьер и получает 4 мандата, тогда как совместный список Хенделя и Зелихи с 2,8% остается за бортом. Партии нынешней коалиции вместе с Винтером получают 51 мандат, сионистские оппозиционные партии — 57, арабские — 12. Большинства в 61 мандат нет ни у одного из лагерей, хотя опросы еще будут колебаться в ту или иную сторону.

Израиль представляет собой единый избирательный округ, а 120 мест в кнессете распределяются между партийными списками пропорционально числу полученных голосов. Однако к распределению мандатов допускаются только партии, преодолевшие барьер в 3,25%. Голоса, поданные за остальные списки, не переходят к какой-либо другой партии, но исключаются из дальнейших расчетов. В результате доля мест, получаемых прошедшими барьер списками, увеличивается, а неудача одной или нескольких небольших партий может изменить соотношение сил между лагерями.

Партии также могут заключать соглашения о распределении остаточных голосов. После первоначального подсчета остаются голоса, которых отдельным спискам не хватает для получения еще одного мандата. Две партии могут договориться, что при распределении оставшихся мест их сначала будут рассматривать как единое целое, после чего дополнительный мандат получит одна из них по установленной законом формуле. Такое соглашение действует только в том случае, если обе партии самостоятельно преодолели электоральный барьер, и не может спасти одну из них от непрохождения в кнессет.

Избиратели в Израиле голосуют не за премьер-министра, а за партийный список. После публикации результатов президент проводит консультации со всеми прошедшими в кнессет фракциями, каждая из которых сообщает, кому рекомендует поручить формирование правительства. Эти рекомендации не имеют обязательной силы. Президент передает мандат депутату, который, по его оценке, имеет наибольшие шансы сформировать кабинет, способный получить доверие кнессета.

Первому кандидату предоставляются 28 дней, потом президент может продлить этот срок еще на 14 дней. В случае неудачи мандат может быть передан другому депутату. Если исчерпаны и последующие предусмотренные законом попытки, кнессет распускается и назначаются новые выборы, как при Нетаньяху было не раз. Для вступления правительства в должность будущий премьер должен представить кнессету состав кабинета и основные направления его работы и получить вотум доверия.

Лидер крупнейшей партии не получает премьерский пост автоматически. Так, к примеру, после выборов 2009 года «Кадима» Ципи Ливни получила 28 мандатов, а «Ликуд» Нетаньяху — 27. Однако большинство правых и религиозных фракций поддержали кандидатуру Нетаньяху, и президент Шимон Перес поручил формирование правительства именно ему. Нетаньяху собрал коалицию, а Ливни, возглавлявшая крупнейшую фракцию, осталась в оппозиции.

Другой прецедент был создан в 2021 году. Мандат на формирование правительства после неудачи Нетаньяху был передан лидеру «Еш Атид» Яиру Лапиду. Лапид собрал коалицию из восьми партий (от правой «Ямины» до левых «Аводы» и МЕРЕЦ, включая исламистскую РААМ) и договорился с лидером партии «Ямина» Нафтали Беннетом о ротации. Причем первым премьер-министром стал Беннет, хотя его партия была одной из самых маленьких в коалиции — всего 6 мандатов. За новое правительство проголосовали 60 депутатов, против — 59, один воздержался.

Закон не требует, чтобы при утверждении правительства за него обязательно проголосовал 61 депутат, — достаточно получить больше голосов за, чем против. Это позволяет создать правительство меньшинства — кабинет, сформированный партиями, которые имеют менее 61 мандата, но пользующийся внешней поддержкой других фракций при голосовании.

При раскладе, зафиксированном опросом Walla, сионистские противники Нетаньяху теоретически могли бы попытаться сформировать кабинет меньшинства при внешней поддержке или нейтралитете арабских партий. Однако такой сценарий потребует согласия не только арабских фракций, но и потенциальных участников правительства. А среди них есть партии, отказывающиеся опираться на арабские голоса. Другой возможный выход — изменение границ нынешних лагерей и привлечение части партий, которые до выборов относились к противоположному блоку.

Неспособность договориться может привести к повторным выборам. После голосования в апреле 2019 года Нетаньяху не сумел собрать коалицию без пяти депутатов НДИ. Авигдор Либерман не был готов присоединиться к правительству, которое собиралось изменить закон о призыве ультраортодоксов в соответствии с требованиями религиозных партий. Компромисс найден не был, и кнессет проголосовал за самороспуск.

После выборов в сентябре 2019 года правительство не смогли сформировать ни Нетаньяху, ни Бени Ганц. В марте 2020 года состоялись третьи выборы, по итогам которых они создали ротационное правительство национального единства. Оно распалось после непринятия государственного бюджета, и в марте 2021 года израильтяне пришли на избирательные участки в четвертый раз менее чем за два года. Этот цикл завершился созданием правительства Беннета и Лапида.

Угроза повторных выборов сохраняется и сейчас, однако это лишь один из возможных сценариев. Опросы пока нестабильны, а расклад сил подвержен изменениям под влиянием как внешних событий, так и внутриполитических кризисов. Как минимум, еще до голосования с дистанции могут сойти некоторые партии, балансирующие около электорального барьера, чтобы не допустить потери голосов своего лагеря.

Разделение израильской политики на правых и левых возникло еще до создания государства — внутри ишува, то есть еврейского населения подмандатной Палестины и созданных им органов самоуправления. С одной стороны находилось социалистическое рабочее сионистское движение, десятилетиями доминировавшее в руководстве ишува, а затем Израиля. Его главным политическим наследником стала партия «Авода», позднее объединившаяся с МЕРЕЦ в нынешнюю партию «Демократы». С другой — ревизионистское движение Владимира Жаботинского, выступавшее за более жесткую борьбу за создание еврейского государства и претендовавшее на всю территорию исторической Земли Израиля. Из него выросла партия «Херут» Менахема Бегина, ставшая основой созданного в 1973 году «Ликуда».

После Шестидневной войны 1967 года одним из центральных вопросов израильской политики стало будущее территорий, занятых в ходе войны, — Синайского полуострова, сектора Газа, Западного берега реки Иордан, Восточного Иерусалима и Голанских высот. ООН и большинство государств считают их оккупированными (Синай был возвращен Египту в рамках мирного соглашения). 

В самом общем виде правые выступали за сохранение израильского контроля над территориями и развитие еврейских поселений, а левые — за территориальный компромисс в обмен на мир. Однако это деление никогда не было абсолютным. Именно правый премьер Менахем Бегин согласился вернуть Египту весь Синай в рамках мирного договора 1979 года, а правительство Ариэля Шарона в 2005 году провело одностороннее размежевание: Израиль вывел войска и ликвидировал все еврейские поселения в секторе Газа, а также четыре поселения на севере Западного берега.

После заключения в 1990-х годах соглашений Осло между Израилем и Организацией освобождения Палестины была создана Палестинская администрация. Она получила ограниченное самоуправление в секторе Газа и части Западного берега. Спор между израильскими политическими силами все больше сосредотачивался вокруг создания или недопущения палестинского государства, его возможных границ, статуса Иерусалима, судьбы поселений и рисков, связанных с передачей территорий под палестинский контроль.

Отношения религии и государства образовали еще одну политическую ось. Понятие «либеральный» в Израиле не совпадает ни с делением на правых и левых по палестинскому вопросу, ни с экономическим либерализмом. 

Либеральными называют себя левые «Демократы», центристские партии и часть светских правых. Их сближают защита личных и гражданских свобод, гражданских браков, общественного транспорта и работы торговли по субботам, а также требование равных обязанностей перед государством. Поэтому правая по вопросам безопасности и палестинского урегулирования НДИ Авигдора Либермана в спорах о религии и государстве оказывается в чем-то ближе к «Демократам» и светскому центру, чем к ультраортодоксальным и религиозно-сионистским партиям правого блока.

Особое место между традиционными лагерями занимают партии, называющие себя центристскими. Они обычно стараются совместить жесткий подход к вопросам безопасности с готовностью к политическому компромиссу, а светскую и либеральную повестку — с отказом от левой самоидентификации. Однако израильский центр не представляет собой единого идеологического течения. В разные периоды под этим названием выступали партии с существенно различавшимися программами. Они создавались вокруг конкретного лидера или вокруг требования заменить прежнюю политическую элиту.

С 2019 года в израильской политике окончательно оформился еще один раскол — на сторонников Нетаньяху и партии, добивающиеся его отстранения от власти. Он наложился на традиционное разделение на правых и левых, но не совпал с ним: среди противников Нетаньяху оказались правые политики Нафтали Беннет и Авигдор Либерман, а его постоянными союзниками стали ультраортодоксальные партии и представители религиозно-сионистского правого фланга.

Раскол возник одновременно с уголовным преследованием Нетаньяху. В ноябре 2019 года года ему предъявили обвинения в мошенничестве, взяточничестве и злоупотреблении доверием. Сам Нетаньяху отвергает обвинения и называет расследования политическим преследованием.

Израильское законодательство не требует автоматической отставки премьер-министра после предъявления обвинений: он может продолжать руководить правительством во время суда. При этом министр или заместитель министра, не занимающий пост премьера, в соответствии с решениями Верховного суда должен уйти после предъявления серьезного обвинения. Обычный депутат кнессета также не обязан автоматически складывать мандат. 

Противники Нетаньяху утверждали, что уголовные дела создали для него дополнительный личный стимул сохранять премьерский пост и добиваться изменений в судебной и правоохранительной системах. Нетаньяху это отрицает.

Суд над ним начался в мае 2020 года. Он давал показания с декабря 2024-го по июнь 2026 года. После 98 заседаний допрос был завершен. Теперь защита должна представить других свидетелей, после чего стороны перейдут к заключительным аргументам. Приговора пока нет, и Нетаньяху сохраняет презумпцию невиновности. В июне 2026 года судьи вновь рекомендовали прокуратуре отказаться от обвинения во взяточничестве. Однако прокуратура обвинение не сняла, а рассмотрение остальных пунктов продолжается.

Серия выборов 2019–2021 годов показала, что отношение к Нетаньяху способно перевесить программную близость партий. В 2021 году правые, центристские и левые партии вместе с исламистской РААМ сформировали коалицию, главным общим условием которой была смена премьер-министра.

Первым правительство возглавил Беннет — бывший генеральный директор Совета поселений Иудеи, Самарии и Газы, противник палестинского государства и сторонник распространения израильского суверенитета на часть оккупированных территорий. Перед выборами он обещал не делать Яира Лапида премьером даже в рамках ротации и не создавать правительство, опирающееся на РААМ, но затем нарушил оба обещания. Сам Беннет позднее настаивал, что его взгляды по вопросам безопасности и палестинского урегулирования не изменились, а решение было продиктовано необходимостью прекратить политический кризис.

Реформа судебной системы, продвигаемая правительством Нетаньяху с 2023 года, усилила этот раскол. Сторонники перемен говорили о необходимости ограничить вмешательство Верховного суда и юридических советников в решения избранной власти. Противники рассматривали ее как попытку ослабить независимый судебный контроль и систему сдержек и противовесов. Таким образом, к спору о личности Нетаньяху и его уголовных делах добавилось принципиальное расхождение по вопросу о полномочиях правительства, кнессета и Верховного суда.

В предвыборных опросах общественного мнения партии обычно распределяют между блоком Нетаньяху, сионистскими партиями, выступающими за смену правительства, и арабскими списками, которые подсчитываются отдельно. Это не единые идеологические лагеря, а предполагаемые коалиционные объединения. Внутри каждого из них сохраняются разногласия по палестинскому вопросу, судебной системе, отношениям религии и государства и правилам призыва в армию.

К блоку Нетаньяху опросы относят возглавляемый им «Ликуд», ультраортодоксальные партии ШАС и «Яхадут ха-Тора», а также крайне правые «Оцма Йехудит» Итамара Бен-Гвира и объединенный список «Религиозного сионизма» Бецалеля Смотрича и «Зеут» Моше Фейглина. К этому же блоку причисляют правую партию «Амха Исраэль» Офера Винтера. Ее лидер заявил, что находится в правом лагере и будет рекомендовать на пост премьер-министра только Нетаньяху. При этом Винтер отказался объединяться с политиками, которых считает ответственными за провал 7 октября.

Однако этот блок нельзя считать гарантированной будущей коалицией. Ультраортодоксальные партии связывают свое участие в правительстве с принятием закона, который урегулирует положение учащихся иешив и позволит многим из них не служить в армии. Конфликт вокруг этого закона уже привел к кризису в их отношениях с «Ликудом». 

Винтер, напротив, требует еще до формирования правительства принять закон, который, по его словам, «положит конец уклонению» и обяжет всех молодых израильтян служить в армии или иначе участвовать в жизни государства. Таким образом, поддержка Нетаньяху не устраняет принципиального конфликта между его возможными партнерами.

Перед выборами 2022 года Нетаньяху добился объединения трех конкурировавших списков правого фланга — «Религиозного сионизма», «Оцма Йехудит» и «Ноам» Ави Маоза, — чтобы они вместе смогли преодолеть электоральный барьер. На этот раз создать единый список потенциальных правых партнеров «Ликуда» не удалось, хотя Смотрич все же договорился с Фейглиным. Партии Смотрича — Фейглина и Винтера в разных опросах либо преодолевают барьер с минимальным запасом, либо остаются за ним. Отдельный список Маоза барьер не проходит и также отнимает часть голосов у других правых партий.

После закрытия списков новые объединения уже невозможны, но отдельные партии могут сняться с выборов. Поэтому давление на балансирующих около барьера кандидатов со стороны Нетаньяху, вероятно, продолжится.

К сионистским противникам нынешнего правительства опросы относят «Яшар» Гади Айзенкота, объединенный список Нафтали Беннета и Яира Лапида, НДИ Авигдора Либермана и «Демократов» Яира Голана. Именно эти четыре партии Айзенкот называет «лагерем перемен». Однако степень принятых ими обязательств различается. Беннет и Либерман прямо заявили, что не войдут в правительство Нетаньяху. Голан последовательно выступает за его отстранение. Айзенкот требует смены правительства и сам претендует на премьерский пост. Но столь же категорического обязательства никогда не входить в коалицию с Нетаньяху он пока не сформулировал.

Разногласия внутри лагеря противников Нетаньяху также существенны. Беннет и Либерман остаются правыми по вопросам безопасности и палестинского урегулирования, тогда как «Демократы» представляют левый фланг. НДИ требует обязательной военной или гражданской службы для всех граждан и исключает зависимость правительства от ультраортодоксальных и арабских партий. Часть правоцентристских политиков не готова сотрудничать с «Демократами». Поэтому общего ответа на вопрос, какое именно правительство должны сформировать противники Нетаньяху, пока нет.

Отдельно от этих четырех партий идет «Кахоль-Лаван» Бени Ганца. После нападения ХАМАС в 2023 году возглавляемый Ганцем блок «Государственный лагерь» в отдельных опросах получал до 35 мандатов, то есть претендовал на то, чтобы стать самой крупной политической силой страны. Однако затем Айзенкот и другие партнеры покинули блок, а оставшаяся у Ганца партия «Кахоль-Лаван» опустилась значительно ниже электорального барьера. Поэтому в «лагере перемен» требуют, чтобы Ганц снялся с выборов, опасаясь потери отданных за него голосов. Сам он пока заявляет, что продолжит кампанию.

Арабские списки — Объединенный список ХАДАШ–ТААЛ–БАЛАД и РААМ Мансура Аббаса — социологи обычно подсчитывают отдельно. Они могут войти в коалицию, поддержать правительство извне, воздержаться при его утверждении или остаться в оппозиции. Возможность каждого из этих вариантов зависит не только от решений самих арабских партий, но и от готовности сионистских фракций принимать их поддержку. РААМ уже входила в коалицию Беннета и Лапида в 2021–2022 годах. Однако часть правых партий после 7 октября исключает создание правительства, зависящего от арабских депутатов.

За пределами двух основных лагерей остается и совместный список «Резервистов» Йоаза Хенделя и «Экономической партии» Ярона Зелихи Правда, если он преодолеет электоральный барьер. Хендель заявляет, что не даст Нетаньяху недостающие голоса для создания узкой коалиции. В то же время он допускает участие вместе с ним в широком правительстве, которое поддерживают 70–80 депутатов сионистских партий. Одновременно он отказывается входить в кабинет, зависящий от арабских или ультраортодоксальных фракций.

Идея создания «широкого сионистского правительства» звучит сегодня как от Нетаньяху, так и от его оппонентов, однако единого представления о его возможном составе нет. Такая коалиция однозначно исключает арабские партии и ультраортодоксов, но дальше возникают вопросы. Одни допускают коалицию с Нетаньяху, другие готовы сотрудничать с «Ликудом» только после смены лидера партии. Кто-то не готов сидеть также в одном правительстве вместе с «Демократами» и/или «Оцма Йехудит» и «Религиозным сионизмом».

Коалиционная арифметика не отвечает на главный вопрос кампании: кто возглавит следующее правительство. В одном из последних опросов о соответствии должности премьер-министра, проведенном институтом Kantar для гостелерадиокорпорации Kan и опубликованном 6 сентября, Айзенкота в сравнении с Нетаньяху выбрали 38% респондентов против 35%. При выборе между Нетаньяху и Беннетом действующий премьер лидирует — 37% против 32%, а в паре Айзенкот — Беннет бывший начальник Генштаба получает 36% против 17%. Результаты зависят от предложенной пары, но на момент опроса именно Айзенкот был единственным кандидатом, опережавшим Нетаньяху в прямом сравнении.

Помимо претендентов на премьерский пост, состав будущего правительства будут определять партии, способные принести одному из кандидатов несколько недостающих мандатов либо, напротив, сделать коалицию неприемлемой для других ее участников. К ним относятся крайне правые партии, ультраортодоксальные и арабские списки.

Бен-Гвир и Смотрич: конкуренты внутри крайне правого лагеря

Итамару Бен-Гвиру 50 лет. Он возглавляет крайне правую партию «Оцма Йехудит» и с конца 2022 года занимает пост министра национальной безопасности, контролирующего полицию. До прихода в кнессет Бен-Гвир был активистом запрещенного в Израиле движения «Ках» и адвокатом обвиняемых в преступлениях на националистической почве. В 2007 году суд признал его виновным в подстрекательстве к расизму и поддержке террористической организации. Сам политик позднее пытался дистанцироваться от части прежних взглядов, но сохранил программу аннексии Иудеи и Самарии, расширения поселений, ужесточения условий содержания палестинских заключенных и массовой выдачи оружия гражданам.

К нынешним выборам Бен-Гвир добавил еще одно коалиционное требование. Он представил рассчитанную на семь лет программу «добровольной эмиграции» жителей сектора Газа и заявил, что в следующем правительстве «Оцма Йехудит» потребует создать отдельное министерство эмиграции.

9 сентября партия также подала в Центральную избирательную комиссию ходатайство о недопуске РААМ и ее председателя Мансура Аббаса к выборам, утверждая, что партия отрицает Израиль как еврейское государство и поддерживает вооруженную борьбу против него. Эти обвинения еще не рассмотрены комиссией; и в любом случае решение может быть обжаловано в Верховном суде.

Бецалелю Смотричу 46 лет. Председатель «Религиозного сионизма» занимает пост министра финансов и одновременно является министром в министерстве обороны, где получил полномочия, связанные с гражданским управлением и развитием поселений в Иудее и Самарии. Смотрич выступает против создания палестинского государства, за распространение израильского суверенитета на Западный берег и продолжение поселенческого строительства. Его сторонники считают расширение поселений главным обещанием, которое выполнила партия. Противники же обвиняют его в фактической аннексии территорий без формального правительственного решения.

На выборы Смотрич идет вместе с партией «Зеут» 64-летнего Моше Фейглина, получившего второе место в списке. Фейглин — бывший депутат «Ликуда» и основатель движения против «Соглашений Осло». Его программа соединяет аннексию территорий и расширение еврейского присутствия на Храмовой горе с либеральными экономическими взглядами, сокращением государственного регулирования и легализацией каннабиса.

Ультраортодоксы: союзники, которым больше не верят на слово

ШАС — ультраортодоксальная партия. Ее полное название переводится как «Всемирное объединение сефардов — хранителей Торы». Она была создана прежде всего для представительства религиозных евреев — выходцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки. Политическим лидером ШАС остается Арье Дери, однако принципиальные решения партия принимает после консультаций с Советом мудрецов Торы — группой наиболее влиятельных сефардских раввинов.

«Яхадут ха-Тора» представляет ашкеназскую часть ультраортодоксального общества. На нынешние выборы под этим названием впервые с 1992 года идет объединение трех, а не двух формально самостоятельных партий: представляющей литовское направление «Дегель ха-Тора», хасидской «Агудат Исраэль» и новой «Хомат Торат Исраэль» («Оплот Торы Израиля»). Список возглавил Яаков Ашер из «Дегель ха-Тора», второе место получил представитель «Агудат Исраэль» Ицхак Гольдкнопф. Но и здесь депутаты подчиняются решениям раввинских советов и руководителей крупнейших хасидских общин: политические лидеры выступают прежде всего их представителями на переговорах о коалиции.

Появление третьей партии внутри «Яхадут ха-Тора» связано с внутренним конфликтом в «Агудат Исраэль». Представители нескольких хасидских групп обвиняли крупнейшую в объединении гурскую общину в чрезмерном влиянии на распределение мест и бюджетов. Создание «Хомат Торат Исраэль» дает недовольным собственное партийное финансирование и возможность в дальнейшем отделиться от общего списка. Пока они называют этот шаг техническим и остаются внутри «Яхадут ха-Тора».

Главная общая претензия ШАС и «Яхадут ха-Тора» к Нетаньяху — его правительство так и не приняло обещанный закон, который должен был урегулировать освобождение учащихся иешив от военной службы. После решения Верховного суда государство обязано призывать их на основании действующего закона, а также прекратить финансирование учебных заведений, воспитанники которых уклоняются от призыва. Харедимные партии требуют закрепить особый статус изучения Торы и ограничить санкции против учащихся иешив. Разногласия касаются допустимого числа освобождений, показателей призыва и наказаний за их невыполнение.

Решение о присоединении к будущей коалиции также будут принимать не только Дери, Ашер или Гольдкнопф, но прежде всего раввинское руководство партий. Представители ШАС допускали отказ от участия в следующем правительстве Нетаньяху до принятия согласованного закона, однако Дери окончательного обязательства не дал. В «Яхадут ха-Тора» это условие формулировали жестче: партия не войдет в коалицию, которая не урегулирует статус учащихся иешив. Поэтому их традиционное сотрудничество с «Ликудом» не означает безусловной поддержки Нетаньяху после выборов.

На этих выборах у традиционных харедимных партий появился конкурент — новый список «Ха-Цибур ха-Хареди» («Харедимная общественность») во главе с заместителем мэра Бейт-Шемеша Моти Лейтнером. Он обращается прежде всего к работающим харедим и тем, кто не чувствует себя представленным ШАС и «Яхадут ха-Тора». Одной из потенциальных опор партии считаются выходцы из США. Среди них больше харедим, совмещающих религиозный образ жизни с работой и получением общего образования. Партия выступает за преподавание математики и английского языка, расширение занятости и призыв в армию тех, кто фактически не занимается изучением Торы: «Кто не учится — должен служить».

В первую шестерку списка вошли две женщины. Это резко отличает новую партию от ШАС и «Яхадут ха-Тора», которые не включают в свои списки женщин. Лейтнер представляет партию как альтернативу существующему харедимному руководству. Он обвиняет его в поддержании бедности, противодействии общему образованию и защите освобождения от армии даже для тех, кто не учится в иешивах. При этом «Ха-Цибур ха-Хареди» сохраняет ультраортодоксальную идентичность и заявляет о необходимости защищать возможность полноценного изучения Торы. Однако партия также может не пройти барьер.

Два арабских пути

На выборы идут два крупных арабских списка. Первый включает в себя три партии ХАДАШ — ТААЛ — БАЛАД. Его возглавляет Юсеф Джабарин из ХАДАШ, второе место занимает председатель ТААЛ Ахмад Тиби, третье — лидер БАЛАД Сами Абу-Шхада. 

ХАДАШ — арабо-еврейский левый блок, ядром которого является Коммунистическая партия Израиля. ТААЛ — светская арабская партия, созданная вокруг Тиби. БАЛАД представляет палестинское национальное направление и требует преобразовать Израиль из еврейского государства в «государство всех его граждан». На выборах 2022 года ХАДАШ и ТААЛ получили пять мандатов, тогда как шедший отдельно БАЛАД не преодолел барьер.

Второй список — РААМ Мансура Аббаса. Это исламистская арабская партия и парламентское представительство южного крыла «Исламского движения» в Израиле. Само движение раскололось в 1996 году из-за отношения к участию в выборах. Северное крыло отказалось признавать израильские государственные институты, и в 2015 году его запретили. А южное подразделение избрало парламентскую деятельность и осталось легальным. В 2021 году РААМ первой из самостоятельных арабских партий вошла в правительственную коалицию — кабинет Беннета и Лапида. Ее лидер Мансур Аббас сосредоточил переговоры на бюджетах арабских муниципалитетов, борьбе с преступностью, инфраструктуре и признании бедуинских поселков.

В августе 2026 года Аббас заявил, что арабские партии были вынуждены принять еврейский характер государства как существующую реальность, иначе не смогли бы участвовать в выборах. После этого Ави Маоз, а затем Бен-Гвир потребовали снять РААМ с выборов. «Оцма Йехудит» также ссылается на предполагаемые связи аффилированного с Исламским движением фонда «Помощь 48» с организациями, связанными с ХАМАС. Но все же настоящий мотив Бен-Гвира — это опасения, что РААМ даст необходимые мандаты для создания правящей коалиции противников Нетаньяху.

Особенностью нынешнего списка РААМ стало второе место бывшего заместителя министра внутренней безопасности Йоава Сегаловича — отставного генерал-майора полиции и первого еврейского кандидата в истории РААМ. В правительстве Беннета — Лапида он координировал борьбу с преступностью в арабском секторе.

РААМ стремится вернуться к практическому сотрудничеству с сионистскими партиями. В Объединенном списке есть как сторонники внешней поддержки правительства ради смены Нетаньяху, так и противники любой коалиции, продолжающей военные операции и оккупацию палестинских территорий. Поэтому социологи подсчитывают арабские мандаты отдельно: заранее неизвестно, будут ли их депутаты входить в кабинет, поддерживать его извне, воздерживаться при голосовании или останутся в оппозиции.

Так или иначе, все это разнообразие списков и предвыборных платформ показывает, насколько расколото израильское общество. При этом, кто бы ни выиграл выборы и каким бы ни было правительство, не стоит надеяться, что внутренний кризис в Израиле завершится. Согласно опубликованному в июне 2026 года исследованию «Института политики еврейского народа» (JPPI), 55% израильтян считают внутреннюю поляризацию и разногласия главной угрозой существованию страны — более серьезной, чем иранская ядерная программа или палестинский конфликт. Шесть из десяти опрошенных видят реальную опасность кровопролития и физического насилия внутри Израиля, вплоть до гражданской войны.

Так что следующему правительству придется не только принимать решения о войне и послевоенном устройстве страны, но и управлять глубоко расколотым обществом, в котором значительная часть граждан воспринимает своих политических противников уже не как конкурентов, а как угрозу будущему государства.