Специализированная антикоррупционная прокуратура Украины (САП) потребовала отправить бывшего главу Офиса президента Андрея Ермака под стражу. Ведомство просит установить залог в $4 млн за освобождение. Обвинение обосновало сумму имущественным положением экс-чиновника.
Брифинг руководителей Национального антикоррупционного бюро Украины и Специализированной антикоррупционной прокуратуры. 12 мая 2026 года
НАБУ
На заседании Высшего коррупционного суда защита Ермака попросила перенести избрание меры пресечения из-за большого объема материалов дела — 16 томов в 250 листах. Сегодня судья заслушает прокурора. Сам Ермак сказал, что ожидает справедливого процесса. Часть заседания закрыли от публики.
Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) и САП объявили Ермаку, а также еще как минимум пяти фигурантам подозрение в отмывании более $10 млн при строительстве элитного жилья под Киевом. Как утверждается, проект частично финансировался за счет средств, полученных через коррупционные схемы в «Энергоатоме» — компании, которая управляет украинскими АЭС.
Как пишут украинские СМИ, речь идет о бывшем вице-премьере Алексее Чернышове и бизнесмене и давнем партнере Зеленского Тимуре Миндиче. По этому делу им грозит до 12 лет лишения свободы.
Обновлено: Андрей Ермак назвал подозрение в коррупции необоснованным. Он утверждает, что «всегда руководствовался законом» и намерен «защищать свои права, свое имя и свою репутацию». Экс-чиновник пообещал не покидать Украину и пожаловался на «беспрецедентное публичное давление» на правоохранительные органы с требованием вручить ему подозрение.
Андрей Ермак, которого СМИ называли вторым по влиянию человеком в стране после президента, ушел в отставку в ноябре. Это произошло на фоне коррупционного скандала. НАБУ и САП объявили об операции «Мидас» — масштабном расследовании коррупции в энергетической сфере.
Как следовало из материалов дела, группа высокопоставленных украинских чиновников и бизнесменов создала коррупционную схему именно вокруг АО НАЭК «Энергоатом»: участники схемы получали откаты от подрядчиков в размере 10–15% от суммы договоров, а деньги отмывались через сеть иностранных компаний. По оценкам следователей, через эту «прачечную» могло пройти около $100 млн.
